Пока Токио празднует надежды на деэскалацию, Сеул столкнулся с суровой реальностью «импортированной инфляции». Согласно свежим данным статистического управления, индекс потребительских цен (CPI) в Южной Корее в апреле достиг 21-месячного максимума. Основной удар пришелся на энергетический сектор: стоимость нефтепродуктов на внутреннем рынке подскочила на фоне затянувшейся блокады в Персидском заливе, что мгновенно отразилось на ценах на бензин, авиабилеты и логистику продуктов питания. Корейская экономика, критически зависимая от экспорта, оказалась в тисках: растущие издержки на транспорт съедают маржу экспортеров, а высокая инфляция внутри страны подавляет потребительский спрос.
Ситуация ставит Банк Кореи перед тяжелейшей дилеммой. С одной стороны, резкий рост цен требует немедленного ужесточения монетарной политики и повышения процентных ставок для охлаждения рынка. С другой стороны, корейский индекс Kospi в четверг просел на 1,4%, так как инвесторы опасаются, что рост ставок добьет и без того хрупкое восстановление экономики. Министр финансов Южной Кореи уже заявил о возможном продлении налоговых льгот на топливо до конца лета, однако эксперты отмечают, что это лишь временная мера. Если цены на нефть не упадут ниже $90 за баррель в ближайшие недели, Корее грозит период стагфляции, где высокая инфляция будет сопровождаться замедлением экономического роста и падением реальных доходов населения.
Оригинал
Уникальность
Реклама: 🔥 Хочешь получить Telegram Premium и стать гуру Polymarket? Кликай сюда!
