Россия может потерять миллиарды долларов инвестиций в Венесуэлу из-за свержения Мадуро

Падение режима Николаса Мадуро, задержанного американским спецназом и доставленного в Нью-Йорк для суда по обвинению в наркотерроризме, поставило под вопрос судьбу миллиардных российских инвестиций в Венесуэлу. Речь идёт не только о кредитах, но и о доступе к крупнейшим нефтяным активам страны, которые годами служили Москве финансовой и геополитической опорой в регионе.

По данным Reuters, с 2006 по 2017 год Россия выделила венесуэльским властям и государственной нефтяной компании PDVSA около $17 млрд. Первые $2,2 млрд получил ещё Уго Чавес — деньги пошли на закупку российского оружия, включая танки Т-72 и системы ПВО С-300. Уже к 2017 году долг Венесуэлы перед Москвой вырос до $3,5 млрд, однако из-за санкций и экономического коллапса Каракас оказался не в состоянии его обслуживать. Тогда Владимир Путин и Николас Мадуро договорились о десятилетней отсрочке платежей с погашением основной суммы в 2024–2027 годах.

Отдельную роль в этой схеме играла «Роснефть», которая в конце 2010-х стала одним из крупнейших кредиторов режима Мадуро. В обмен компания получила доли в стратегических нефтяных проектах. Как отмечали источники Reuters, венесуэльское правительство фактически расплачивалось с Кремлём нефтью, которую «Роснефть» затем перепродавала на мировом рынке. После ужесточения санкций против PDVSA в 2020 году «Роснефть» формально вышла из страны, передав активы специально созданной структуре «Росзарубежнефть», полностью подконтрольной государству.

Теперь же венесуэльские месторождения фактически перешли под контроль администрации США. Дональд Трамп заявил, что социалистический режим «украл» нефтяную отрасль, построенную американскими специалистами, и пообещал восстановить инфраструктуру и нарастить экспорт нефти, в том числе на внешние рынки. По словам Трампа, проблем с Россией из-за операции не ожидается, а судьбу Мадуро он «никогда не обсуждал» с Владимиром Путиным.

Операция США, которая, по данным Associated Press, заняла около получаса, вызвала в Москве сдержанную, но нервную реакцию. МИД РФ выразил «глубокую озабоченность» действиями США и потребовал освобождения Мадуро и его супруги Сесилии Флорес, которым в Штатах грозят пожизненные сроки.

Политолог Аббас Галлямов отмечает двойственное положение Кремля: с одной стороны, Путин воспринимает Мадуро как идеологически близкого лидера и испытывает страх и раздражение, с другой — как глава державы, претендующей на статус сверхдержавы, он вынужден сравнивать себя с Трампом — и в этом сравнении явно проигрывает.

«Для руководства российского силового блока это будет очень тяжёлый день. Вопросов в стиле “почему они могут, а вы нет?” будет задано немало», — резюмирует Галлямов.

источник
уникальность

 

[nikolja07]

Инвестици есть разыне, по-разному проводятся государствами и разный итог и риски дают

К примеру, ИИ сравнил:


Норвегия инвестирует намного более консервативно, и это принципиально другая модель, чем у России. Причём не «потому что они хорошие», а потому что у них по-другому устроено государство и цели.


Разберём по пунктам.

---

Главный инструмент Норвегии — не политика, а фонд​

Норвегия почти все нефтегазовые сверхдоходы направляет в Государственный пенсионный фонд (Government Pension Fund Global).


Факты:

• размер — $1,4–1,6 трлн
• крупнейший суверенный фонд в мире
• формально — «для будущих поколений»

Это не бюджет и не заначка правительства, а отдельный механизм.

---

Как именно инвестирует Норвегия​

Очень важно: они не «ставят» на страны и режимы.

Структура вложений (упрощённо):​

• ~70% — акции тысяч компаний по всему миру
• ~25% — облигации
• ~5% — недвижимость и инфраструктура

Нет:

• кредитов диктатурам
• геополитических «друзей»
• военных авантюр
• «спасения союзников за счёт фонда»

Есть:

• диверсификация
• длинный горизонт (20–50 лет)
• минимизация рисков

---

Жёсткие правила — даже для правительства​

Ключевая разница с Россией:


Правительство НЕ может просто взять деньги из фонда

• можно тратить только ~3% в год
• только через бюджет
• под парламентским контролем

Даже если:

• кризис
• война
• падение цен на нефть

Это защищает фонд от политиков.

---

Этические ограничения (важный момент)​

Норвегия не инвестирует в:

• компании, связанные с военными преступлениями
• тяжёлые нарушения прав человека
• отдельные виды оружия
• экологически разрушительные проекты

Это не «мораль», а снижение долгосрочных рисков.

---

Почему Россия так не делает?​

Коротко и честно:

• Россия использует деньги как инструмент политики
• госкомпании = продолжение государства
• приоритет — влияние, контроль, быстрый эффект
• долгосрочная доходность — вторична

В Норвегии наоборот:

сначала сохранность капитала,
потом доход,
и только потом — политика (если вообще)

---

Итог в одной таблице​

Россия	Норвегия
Геополитические ставки	Финансовая диверсификация
Кредиты «союзникам»	Инвестиции в рынок
Госкомпании = политика	Фонд вне политики
Кратко/среднесрок	Долгий горизонт
Риск высокий	Риск минимизируется

---

Короткий вывод​

Норвегия — пример сверхконсервативной, дисциплинированной модели.
Россия — пример политизированной, рискованной модели.


Это не вопрос «кто лучше», а вопрос какую цель ставит государство.

 

[OPLOTT]

Всё уже как обычно - граждане своим трудом зарабатывают в казну немалые деньги, а государство в лице правителя сливает (читай: дарит) эти миллиарды направо и налево, то странам Африки то Азии, то как в данном случае Латинской Америке, в лице опозорившегося на весь мир правителя Венесуэлы Мадуро. Чисто феодальный строй, когда барин захотел - подарил деньги, а холопы покорно исполняют волю барина, ведь с голоду им пока не дают умереть. Большинство к такому раскладу привыкло и в страхе перед наказанием, что посмел открыть рот даже не ропщет. Ну и итог предсказуем - по типу СССР, но только в этот раз уже с отделением республик внутри РФ. "Эффективные менеджеры" делают своё дело.